20 лет спустя. Как 20 января 2006 состоялась трагедия, повлекшая за собой человеческие жизни

Январь 2006 года навсегда вошел в историю Владивостока как период глубокого потрясения и национального шока. Понедельник 16 января начался как обычный рабочий день, но уже к полудню обернулся одной из самых страшных и резонансных катастроф в современной истории Приморья. Спустя четыре дня, 20 января, в городе был объявлен официальный день траура. Гражданская панихида, прошедшая в Приморском краевом драматическом театре имени Горького, собрала тысячи горожан. Люди шли нескончаемым потоком, объединенные не только глубокой скорбью, но и острым чувством несправедливости: практически всех жертв этого пожара можно и нужно было спасти.

Огненная ловушка на Красного Знамени

Катастрофа развернулась в девятиэтажном административном здании «ПромстройНИИпроекта» на проспекте Красного Знамени, 59. На верхних этажах строения располагались офисные помещения, включая Первореченское отделение Сбербанка РФ. Около 12:10 на лестничном пролете между 6-м и 7-м этажами произошло возгорание. Как позже установит следствие, очагом стал нелегально оборудованный архив банкнот и документов, буквально забитый коробками и бумагами.

Из-за высокой горючести материалов огонь моментально набрал силу, а по лестничным маршам вверх устремился плотный, токсичный дым. Для сотрудников кредитно-кассового и юридического отделов Сбербанка, находившихся на 8-м и 9-м этажах, этот дым стал смертным приговором. Перекрытия здания были отделаны дешевым пластиком, который при горении выделял ядовитые вещества. Путь к единственной центральной лестнице оказался полностью отрезан за считанные минуты.

Системный кризис безопасности

Когда люди осознали опасность, спасаться было уже негде. Последующее расследование вскрыло чудовищную картину тотального пренебрежения правилами безопасности. Внутри банка отсутствовала автоматическая пожарная сигнализация, а системы оповещения просто не сработали — многие сотрудники узнали о пожаре, лишь когда дым начал просачиваться сквозь двери кабинетов. Эвакуация не была организована вовремя. Более того, дополнительные эвакуационные выходы и пожарные лестницы оказались завалены строительным мусором, старой мебелью и наглухо заперты на навесные замки. Ключей от них в критический момент никто найти не смог.

Масштаб трагедии усугубился хаосом, царившим снаружи здания. Двор «ПромстройНИИпроекта» был плотно заставлен легковыми автомобилями сотрудников и посетителей. Прибывшие по вызову первые пожарные расчеты столкнулись с логистическим тупиком: тяжелая техника, включая необходимую для спасения с высоты 50-метровую автолестницу, долгое время физически не могла протиснуться к стенам строения и занять операционные позиции.

Оказавшись в огненном кольце при стремительно растущей температуре, испуганные люди начали выбираться на оконные карнизы. На глазах у сотен очевидцев и случайных прохожих, снимавших происходящее на мобильные телефоны, задыхающиеся девушки одна за другой срывались и падали вниз. Прохожие пытались растягивать под окнами куски брезента и автомобильные тенты, но они не выдерживали удара при падении с высоты тридцати метров. Пожар унес жизни девяти женщин, самой молодой из которых было всего 22 года. Еще семнадцать человек получили тяжелейшие травмы, ожоги и переломы.

День скорби и волна протеста

20 января Владивосток погрузился в тяжелое, звенящую тишину. Постановлением губернатора Приморского края на всей территории региона были приспущены государственные флаги, а телерадиокомпании полностью скорректировали вещательную сетку, убрав из эфира развлекательные программы. Театр имени Горького, где были установлены гробы с телами погибших сотрудниц, не мог вместить всех желающих проститься. Траурную литургию отслужил епископ Владивостокский и Приморский Вениамин. Похороны прошли на Морском и Лесном кладбищах города, а расходы по погребению взяли на себя краевые власти и руководство Сбербанка.

Однако этот день стал не только днем плача, но и точкой кипения для общественности. Город бурлил от возмущения действиями как руководства банка, так и спасательных служб. Звучала жесткая критика в адрес технического оснащения МЧС — у пожарных на месте не оказалось элементарных «кубов жизни» (надувных подушек для демпфирования удара при падении) или спасательных рукавов. Масла в огонь подлили новости о задержании мародеров из числа некоторых спасателей, которые собирали личные вещи и телефоны погибших прямо в сгоревших кабинетах.

Судебные решения и исторический урок

Резонанс от трагедии во Владивостоке дошел до высших эшелонов власти в Москве. По факту гибели людей прокуратура возбудила уголовное дело по ч. 3 ст. 219 УК РФ. Следствие велось тщательно и привело к громкому судебному процессу. В 2007 году Первореченский районный суд Владивостока признал виновными и приговорил к реальным срокам заключения (от 2 до 5 лет в колонии-поселении) пять человек. Среди осужденных оказались управляющий Первореченским отделением Сбербанка, начальник административно-хозяйственного отдела, директор компании «Восток-Сувенир» (собственник здания), а также два инспектора Государственного пожарного надзора, которые годами подписывали акты приемки помещений, закрывая глаза на смертельно опасные нарушения.

Пожар в «ПромстройНИИпроекте» стал поворотным моментом для всей системы гражданской обороны России. Именно после этой трагедии МЧС инициировало тотальные непримиримые проверки коммерческой недвижимости, торгово-развлекательных центров и государственных учреждений по всей стране. Были радикально переписаны нормативные требования к путям эвакуации, а пожарные части крупных городов получили на вооружение современные средства высотного спасения. Владивосток заплатил несоизмеримо высокую цену за то, чтобы фраза «пожарный выход» в России навсегда перестала быть формальной надписью на запертой двери.

Посмотреть видео о происшествии можно здесь: https://vkvideo.ru/video-1072325_456246982